16 октября 2018, вторник
Областные новости
16.10.2018
Партпроект «Единой России» «Городская среда» запускает мониторинг прозрачности информации госзакупок во всех регионах РФ по благоустройству дворов и общественных пространств. Итоги мониторинга будут подведены в ноябре и вся информация о регионах-нарушителях передана в Минстрой РФ. Об этом рассказал координатор партпроекта «Единой России» «Городская среда», депутат Госдумы Павел Качкаев.

Село мое родное

17.07.2018

Подвиг во имя Бога

Село Нижний Шкафт - в прошлом большое базарное фабрично-заводское село. Самые первые сведения, дошедшие до наших дней об этой местности, относятся к 1635 году, когда в исторических хрониках впервые заходит речь о речке Скал. С конца 17 века Скал начинает звучать как Скафт, а в 19-ом веке становится Шкафтом.

Подвиг во имя Бога  Подвиг во имя Бога  Подвиг во имя Бога

В конце 17 века, примерно в 1696 году, князь А.А. Голицын строит в поселении Скафт церковь в честь бессребреников Косьмы и Дамиана (Демьян). С этого момента поселению присваивается статус "село Козьмодемьянское, Нижний Шкафт тож". В 1750 году, после смерти А.А. Голицына, имение было продано графу П.И. Шувалову. Без малого два века род Шуваловых был владельцем села Нижний Шкафт, оказывая самое непосредственное влияние на развитие села и судьбы его жителей.

В 1796 году "тщением приходского помещика графа Шувалова" в селе была построена Петропавловская церковь. Место для постройки было выбрано у въезда в село, на открытой площадке, спускающейся к началу подъездной аллеи в усадьбу графа. «Зданием церковь каменная, с таковою же колокольней. Престолов в церкви было два. Холодный - во имя святых Апостолов Петра и Павла, теплый -  во имя святых бессребреников Косьмы и Дамиана». В 1869 году в ведомостях о церкви указано, что церковь утварью богата. В 1882 году храм был отремонтирован внутри с устройством нового иконостаса на средства князя Павла Андреевича Шувалова-Воронцова. В 1890 году князь Михаил Андреевич граф Шувалов жертвует в церковь богатую ризницу и другие дорогие вещи. Притча по штату положено: один священник, один диакон, один дьячок и пономарь.

Закрытие церкви в 1932 году было тяжелым ударом для верующих. В послевоенное время началось разрушение храма. Были разрушены алтарь и придел бессребреников Косьмы и Дамиана. Но духовные традиции в селе  остались. Красавец-храм и сейчас возвышается над раскинувшимся в долине селом и, созерцая его, накрывает своей благодатью, оберегающей от бед и несчастий.

Поводом для встречи  с иереем отцом Николаем (Родионовым) послужила информация в социальных сетях о реставрации старинного храма с.Нижний Шкафт, который до недавнего времени ветшал и разрушался до такой степени, что уже не было надежды на его восстановление. Отец Николай встретил меня в рабочей робе и сразу же обезоружил массой информации об истории Петропавловского храма. Да и я сама оказалась в некоторой растерянности, увидев сияющий на солнце новенький купол церкви, огромные строительные леса, которые, словно паутина, опутали храм. А внутри вообще изумилась от масштабов проделанной работы. Бригада мужчин хлопотала возле своих инструментов, женщина с малярным валиком красила купол храма. «Отец Николай, наверное, надо будет еще одним слоем краски пройти», - свесившись с высоченных лесов, советуется с батюшкой женщина. «Надо, милая, пожалуй, еще разочек, - улыбается отец Николай. -  Храм у нас старинный, ему более 200 лет. Видите, вон еще сохранились фрески, которые при покрытии крыши стали еще ярче, на стенах стали проявляться лики святых. Правда, фрески осыпаются – но тем не менее нет-нет, да проступят святые лики. Сейчас мы, по сути, заново построили алтарь, настелили из бетонных плит  полы, укрепили разрушенные временем стены, установили новые оконные рамы, причем, сохранив старинные решетки, новые двери. Новый купол и крест увенчали наш храм. Укрыли крышу, правда, сделали пока ее временную. Кстати, высота от пола до купола составляет более 16 метров».

На мой «практичный» вопрос, дескать, как будет отапливаться такой большой храм, отец Николай поведал мне интересную историю. Оказывается, нижнешкафтинский храм был единственным в районе, который имел полы с подогревом. «Сам пол был застелен чугунной плиткой, - отец Николай показывает мне осколок чугунной плитки 10-сантиметровой толщины. – Вот тут находятся два дымохода, которые мы уже отремонтировали, выложив провалы новым кирпичом, вот тут стояли печи, а под полом была сделана хитроумная система, которые подогревали чугунный пол, отчего в зимнее время в храме было тепло. Сейчас мы возрождаем эту отопительную систему, уложив бетонные плиты, которые тоже будут нагреваться посредством печей».

Обратила внимание на старинный крест, прислоненный к стене, и батюшка показал мне старинное клеймо, выбитое на основании креста – 1793 или 1798. Крест оказался сборным: деревянный остов, чудом сохранившийся за два с лишним века, закован в металл, почерневший от времени и ветров, и скреплен металлическими звеньями цепи.

«До 30-х годов Петропавловская церковь еще функционировала, а в 30-м арестовали священнослужителя отца Димитрия за антисоветскую пропаганду, после чего здесь сделали склады, в одном из которых хранилась смола. А уж с 50-х храм и вовсе стал разваливаться. Кстати, на территории храма была захоронена трехлетняя дочь графа Шувалова. А еще мне рассказывали, что в советские времена здесь же было обнаружено захоронение очень состоятельного человека. По крайней мере, об этом говорила его кожаная обувь хорошей выделки, серебряные пряжки на ремне. Мы нашли восемь захоронений с надгробными плитами, а также захоронение отца Димитрия возле алтаря. На колокольне висел колокол высотой более двух метров, звон которого был слышен за многие километры. Так, рассказывают, что однажды заблудившиеся возле Верхнего Шкафта мужики могли выйти из пурги только по гулу этого гигантского колокола. О колоколах пока и речи нет: нужно сделать сначала полную реставрацию помещений церкви.

Кстати, перед восстановлением я приглашал экспертную комиссию, которая, обследовав все, от подвалов до крыши, сделала заключение, что опасности обрушения нет. Вот так с благословения своего духовника-старца я и начал этот тяжелый труд по возрождению Петропавловской церкви».

Отец Николай рассказал и о том, что администрация Нижнешкафтинского сельсовета помогла со зданием, в котором ныне располагается молельный дом Косьмы и Дамиана. «Нам предлагали несколько вариантов под молельный дом, но старинное здание, где некогда был дом управляющего, в годы войны дом для детей-сирот, а потом школа, нам понравилось больше. И сразу же отпал вопрос о строительстве часовни, которую я поначалу хотел строить. Однако, как сказано в Писании, при освящении православного храма ему даётся Господом Ангел-Хранитель, который не покинет его до Второго Пришествия Иисуса Христа ни при каких условиях, даже если храм разрушен до основания. Поэтому начинать строить другой храм – это неправильно. Вот тогда-то мы и начали думать о восстановлении Петропавловской церкви, благо, тому нашлось много сторонников».

Я слушала отца Николая, видела его «горящие» глаза, его неугомонность, что, даже разговаривая с журналистом, он умудрялся контролировать и бригаду, и разговаривать с женщиной-маляром, и аккуратно складывать отработавшие свое рабочее время инструменты. И я не могла ответить на мучавший меня вопрос: в чем же сила этого человека, который сумел стронуть с запущенного, полуразваленного места, который и церковью-то трудно было назвать, скорее, ее печальными руинами, такое мощное дело, как восстановление храма. Без денег, без поддержки.  Ответ пришел позже: это вера, это дух и это душа, которые не сомневаются и не мечутся в повседневных человеческих грехах: есть Божья цель, и именно это сегодня важнее всего!

«Приехал Владыка Серафим, посмотрел на мои тщания, а потом и говорит, дескать, хорошо, что началось восстановление церкви, да только служить-то в ней кому? Готовься в священство. А я ему говорю: «Я боюсь». А я и правда боялся: смогу ли, имею ли я право наставлять свою паству да еще восстанавливать святыню Божью. Спасибо, благочинный Владимир наставил, и в 2012 году я вначале был рукоположен в дьяконы, а потом и назначен иереем. А 5 мая 2012 года в Петропавловской церкви, спустя десятилетия забвения и разрушения, была отслужена первая Божественная литургия».

По словам отца Николая, на полноценный ремонт Петропавловской церкви требуется без малого 70 млн. рублей. Так, по крайней мере, оценивают этот колоссальный труд специалисты, имевшие дело с реставрацией храмов. «Приход у нас небольшой, однако, если бы не люди, то и с места бы мы не сдвинулись. Нет у нас «великих» спонсоров, которые могли бы нам помогать большими средствами. Но не унываем: церковь восстанавливаем всем миром: кто рублем, а кто лопатой помогает. Сегодня пусто, а завтра кто-то кирпичом поможет, кто придет разгребать завалы подвальные, кто красит и штукатурит».

Кстати, по словам жителей Нижнего Шкафта, оштукатуриванием храма, на верхотуре возле нового купола, занималась Любовь Ильинична Пильщикова, 1949 (!) года рождения. И это на высоте 30 метров, ежедневно забираясь туда по шатким и высоченным лесам и лестницам. Да и сегодня приходит немало людей посильно поработать во славу Божию, безвозмездно, без уговоров и нытья.

И, наверное, это именно вера руководит и отцом Николаем, взявшем на себя такой подвиг, и нижнешкафтинцами, и их земляками, не сомневавшихся в том, что великолепный храм, столетиями возвышавшийся на высокой горе над селом, не упал, не рухнул по гнетом времен, политики, людских мировоззрений, а стойко выстоял, молча дожидаясь перемен в своей нелегкой Божьей судьбе.

Автор: Марина Вострова.

Оставить комментарий